Skip to Content

Травы и призраки местечка При...

Анекдот в эпиграфе:
«Лектор:
- Есть много языков, в которых двойное отрицание означает утверждение. Но нет ни одного языка, в котором двойное утверждение означало бы отрицание…
Скептический голос из зала:
- Ну да,… конечно…!»
 
…Возвращаясь в место, побеждаешь его. Утверждаешь власть. Становишься хозяином положения. Хочу – приду, приеду, встретимся. Не хочу – уеду, и долго не появлюсь… Потом жизнь принесет, ну что ж, здравствуй, Питер. Радуйся, Прага. Привет тебе, солнечный Эйлат. Святой Иерусалим, здорОво, я не видела тебя целый месяц, это хорошо, что ты меня не забыл… 
 
А в тех местах, куда больше не вернешься, спрятана твоя настоящая смерть. 
 
…Давно-давно, очень давно, девятилетней, умерла и я в желтой траве возле темно-синего финского озера. Нет меня там и теперь, и невозможно узнать, по-прежнему ли треплет ветер поляны фиолетовых колокольчиков, и упал ли наконец в высокий клевер покосившийся красно-белый лозунг на берегу квадратного луга, да и что было написано на этом лозунге, тоже уже никто никогда не узнает.
 
Это мир, в котором меня нет. Мучительно существующий мир. Там всегда раннее лето, там отцветает шиповник и жмутся у сосновых корней фиалки, там короткая утренняя буря поднимает темную воду в пенные гребешки, - я знаю! – там вдоль длинного забора ходит птица удод с желтым клювом и сердито кричит на шмеля… 
 
…И только меня там нет уже тридцать лет. Скорее всего, я умерла там в сухой высокой траве, из которой так хорошо гляделось в небо, и осталась в траве, и стала травой… И все остальное, что мне иногда кажется прожитой жизнью, просто привиделось мне перед последним сном на голубом небесном экране, вот сейчас я закрою глаза, прислушаюсь, и, возможно, услышу сердитого шмеля над розовым клевером…
 
Я туда никогда не вернусь. Нельзя вернуться в посмертие.
 
Зато я помню сон, считающийся правдой, про то, как уезжала оттуда по просторной дороге в последождевой закат. И как стояли над дорогой - одна над другой, одна в другой, - две огромные радуги, два огромных обещания счастья, тех самых два утверждения, которые никогда не превращаются в отрицание – ну да… конечно….